Парадоксальная гипотеза

[Avtor]

Сообщение от Svet

Смотрит на меня и так жалобно спрашивает: «Мама, ну, почему мы в России так плохо живем?». Чтобы Вы ответили на моем месте?

Эх, Светлана, что же вы ей лекцию о макроэкономических показателях не прочитали? О золотовалютных резервах и стабилизационном фонде, нефтедолларами которого в Кремле скоро туалеты обклеивать будут?
Кстати, в последней Российской газете (недельный выпуск), в свете позорных краж из Эрмитажа, я прочитал,что на все российские музеи для устранения самых вопиющих недостатков в системе охраны требуется 9,5 млрд рублей - сумма по современным российским меркам просто смехотворная. И заключительная фраза (не дословно):"Только, кто ж их даст". Комментарии нужны?

Сообщение от Strel

Внешне как раз не в его пользу. Выходит, смирился и терпел.
(Это не моё мнение. Это так выглядит. Моё мнение: есть разные типы людей, в частности, тип увлечённых-"оторванных", социально неактивных, для которых в первую очередь важно то, что их интересует, и они стоически переносят неприятности, мешающие их работе; огромное число учёных сюда попадает).

Сергей, Вы абсолютно не правы. Лев Николаевич Гумилев был не кабинетным ученым, а пассионарием чистой воды, чрезвычайно энергичным и деятельным человеком. У него были возможности пойти по пути диссидентов. Его мать (А.Ахматова) была кумиром поэтов-шестидесятников. У тех были связи с западными издательствами. Через них Гумилев мог легко передать свои работы за рубеж. Если бы в текст каждой из них, он вставил по несколько абзацев с критикой социалистической системы и советского строя, то, без всякого сомнения, стал бы в один ряд с академиком Сахаровым и Солженицыным. Его бы выбрали своим членом академии наук ряда европейских стран, вполне возможно, он получил бы Нобелевскую премию. Но Гумилев понимал, что такие действия принесут его идеям вреда гораздо (неизмеримо) больше, чем пользы. Потому что в таком случае они станут недоступны для тех, к кому он с этими идеями обращался – для советских (российских) людей. Поэтому он обратился АН СССР с официальным письмом: если его труды не могут быть опубликованы в СССР по причинам его социального происхождения, «темного» прошлого либо каким-то иным, он не имеет никаких возражений против публикаций их от имени любого другого историка. Гумилев рассматривал вопросы рождения и смерти великих народов, становления и крушения могущественных империй, и понимал, что его личные неприятности - всего лишь маленькая капля в океане горя и страданий человечества, а любая его победа против системы и СССР в конечном счете обернется поражением России. Он не проводил все свое время в кабинете (которого у него часто и не было), а встречался с людьми, объяснял, убеждал. Сила его личности была такова, что редакторы, вопреки сопротивлению партийного руководства, рискуя должностью и общественным положением, публиковали его статьи в журналах, издавали книги. И ему удалось пробить эту глухую стену, он победил: все его работы были опубликованы при жизни автора и под его именем! Причем сначала в России, и только потом – за рубежом. Я подчеркиваю: он победил всех и все (систему, обстоятельства, личных недоброжелателей и так далее), но не Россию. Он не боролся со страной, которая так бесчеловечно обошлась и с ним, и с его близкими, а служил ей.

Сообщение от Каа

Так, “вернёмся к нашим баранам”

Кирилл, ну сколько можно. Никаких доказательств того, что Власов был сталинским шпионом до сих пор не обнаружено. Хронология событий следующая:
28 февраля, понеся большие потери и истратив почти все боеприпасы, 2-ая Ударная армия вклинивается в оборону противника на 75 км.
10 марта 1942 г. Власов назначается заместителем командующего Волховским фронтом.
В разговорах он дает понять, что скоро должен вступить в командование фронтом, сменив на этом посту Мерецкова.
19 марта начинается резкое потепление, из-за которого грунтовые дороги становятся непроходимыми для техники. 2-ая армия уже фактически отрезана от баз снабжения (можно сказать - блокирована в мешке у Мясного Бора), но на карте этого не видно – внешне все еще вполне благополучно.
В конце марта-начале апреля командарм 2-ой армии Клыков в сообщениях в штаб фронта выражает обеспокоенность сложившимся положением, но 9 апреля получает ответ от командующего фронтом Мерецковым, который заявляет, что данная армия создает угрозу крупной группировке противника и ей предстоит сыграть большую роль в деблокаде Ленинграда.
15 апреля 1942 г. заместитель командующего Волховским фронтом Власов отправлен командовать 2-ой армией – считается, что трудности, которая она испытывает, являются результатом плохого управления. Власов не понижен в должности, а отправлен в армию «наводить порядок». Предпринимаются попытки организовать снабжение 2-ой армии боеприпасами, медикаментами и лекарствами, но из-за плохого состояния дорог пользоваться автотранспортом невозможно, положение ухудшается. Противник усиливает давление на края мешка. Из-за недостатка боеприпасов, 2-ая армия не может оказывать эффективное сопротивление: она занимает глухую оборону, используя особенности местности, отдавая, таким образом, инициативу противнику, который постепенно оттесняет ее от последних дорог к непроходимым болотам.
6 июня 1941 г., окончательно убедившись в невозможности исправить положение своими силами, М.С.Хозин сообщает в Ставку, что 2-ая Ударная армия окружена. Он смещен с должности. Начинаются отчаянные попытки открыть коридор для отступления 2-ой армии. Коридор на короткое время открыт, но он простреливается вражеской артиллерией. Выйти из окружения удается примерно 6000 человек. После чего коридор вновь закрывается. Власов теряет управление, агония остатков 2-ой армии. Изолированные группы советских военнослужащих пытаются выйти из окружения самостоятельно. Некоторые из них примыкают к партизанам. Весь штаб 2-ой армии, за исключением самого Власова, погибает. Власов прячется в лесу, связи с ним нет. Партизанам и спецгруппам СМЕРШ дано задание отыскать генерала – живого или мертвого. Через 2 недели после ликвидации остатков 2-ой армии, Власов сдается противнику. Буквально на 2 или третий день после этого партизаны выходят на его след и сообщают о его пленении. Ставка Верховного командования не хочет в это верить. Следуют новые приказы о поисках, результаты которых – самые неутешительные.
Это – факты. Все остальное – художественная литература.